Органный зал

Каждый орган строится раз и навсегда для конкретного помещения с его архитектурными и акустическими особенностями. Случаи переноса бывали в истории органной культуры, но почти всегда результаты таких предприятий были плачевны.

Каждый орган является прежде всего детищем своего времени. Он несет в себе общий художественный идеал своей эпохи и, в особенности, звуковой ее идеал. Так, в барочный период орган наследует образ таких ушедших ныне из практики камерных инструментов, как Салиционал, Гамба, Шальмей, Серпент. В период романтизма - мыслится как многопластовый (симфонический) оркестр.

Каждый орган выражает в себе особенности ландшафта той страны, откуда он родом, характерные черты национального темперамента своего народа, особенности фонетического строя родного языка.

Обязательно в каждом органе находят применение лучшие достижения науки и техники своего времени. Не в последнюю очередь отображается и материальное благополучие. Излишняя экономия средств подчас сковывает творческие идеи.

И, самое главное, каждый орган несет в себе индивидуальные черты своего мастера-создателя, его музыкального таланта, способности воссоздать звуковую палитру слышимых музыкальных образов - способности, возникающей из многих слагаемых: из органостроительных традиций, на которых воспитан мастер, из слухового опыта, из гармоничности мироощущения, из навыка общения со звучащей материей, из собственного дара Художника и многих других компонентов.

Фирма «Германн Ойле», построившая в 1987 году в Челябинске новый концертный орган, известна в нашей стране давно. Ее творческий почерк базируется на южно-германских традициях, преломляя их лучшие черты в современных формах. Это - применение в конструкции системы шлей-флада, при которой голоса как бы подстраиваются при совместном звучании друг к другу, как это происходит в хорошем хоре, а не так, как будто певцы не слышат соседнего голоса и поют независимо свои партии (и такие системы встречались в истории органостроения!). Здесь и применение механики для игровой (клавишной) трактуры, как это делали в старину, дающей наиболее надежную связь ощущения пальца с производимым звуком. Зато для регистровой трактуры фирма выбрала вполне современную электронику, обеспечив органиста необходимыми дополнительными игровыми устройствами.

Орган очень хорош собой чисто внешне (автор проекта - Фриберт Каммбах). Определенная закругленность, законченность формы, присущая изображениям южно-немецких пейзажей в живописи, ясно читается здесь. Этот инструмент как-то по-особенному гармоничен - и светлые панели фасада, и искусная резьба, и стройные секции ярких блестящих труб уже при первом взгляде на них настраивают на праздничный лад: увидев такое великолепие, хочется и услышать нечто особенное, радостное.

Звуковой образ не разочаровывает - инструмент ясен, проникновенен, гибок. Звучит обволакивающе, мужественно и нежно одновременно. Он обладает большими, разнообразными регистровыми возможностями. Позволяет успешно исполнять музыку широкого диапазона - от старинной итальянской органной школы до произведений конца XX столетия. Он будит воображение, заставляет искать новые и новые варианты, сочетания регистров, вдохновляет. Певучий, теплый общий тембр органа благодатно воспринимается как исполнителем, так и слушателем, располагает к воплощению богатейшей эмоционально-художественной палитры образов.

Наверное, нет нужды рассказывать подробно о каждом из регистров - это лучше всего сделает органист и органный мастер, бесконечно влюбленный в свое дело.

Хочется пожелать органу и его органистам долгой, счастливой творческой жизни и еще раз поблагодарить фирму «Германн Ойле» и ее мастеров за этот инструмент.

Н.В.Малина,
Органистка, заведующая органной мастерской Московской государственной консерватории, Заслуженный работник культуры России.